Nefertiti

Русика больше нет. Я знаю это. Я сам видел, как его разорвало осколками снаряда и битого стекла, когда бомбили наш автобус. Но я не верю в это. Ведь потом, в больнице, мама и Мадина говорили мне, что он вернется. Когда я ненадолго выныривал из липкой густой тьмы и в слабом свете видел над собой их иссеченные колотым стеклом лица, я начинал звать Русика, а они просили только чуть-чуть подождать.

8 февраля — акция памяти жертв зачистки в Новых Алдах,
23 февраля — митинг памяти жертв депортации.