Магнитола

Рассказ, основанный на реальных событиях.

Мурад раньше Альберта вышел из мечети и поспешил в сторону машины. Его друг задержался поприветствовать знакомых и передал ему ключи. Мурад открыл дверь и, устроившись на сиденье рядом с водительским, потянулся к магнитоле. До хутбы он приобрел диск с несколькими длинными сурами и теперь хотел поскорее послушать нового чтеца. Из магнитолы вылез яркий диск Альберта, что-то вроде «Горячее лето 200..» или «Горячая десятка». Мурад поморщился, закинул диск в бардачок, даже не потрудившись поискать его обложку.

Он уже давно не слушал музыку, старался даже, чтобы количество прослушанных нашидов было меньше или по крайней мере равно прослушанному Корану. Но призвать к этому Альберта ему казалось невероятным. С огромными усилиями удалось ему загнать школьного приятеля на пятничный намаз. И то, когда пару раз Мурад не мог пойти в мечеть, Альберт также находил отговорки. Это сильно огорчало Мурада, он любил своего друга за доброту и легкий нрав, за то, что тот вел достаточно праведный образ жизни по сравнению с другими их знакомыми. Но делать намаз Альберт категорически отказывался. Мотивация была стара как мир: лучше не делать вообще, чем делать через раз. А молиться регулярно он не мог из-за работы. Как Мурад ни пытался убедить его в том, что лучше хоть как-то, чем никак, он не поддавался, и лишь последние три месяца согласился ходить на джума. Да и то, как подозревал Мурад, только из-за того, что устал с ним спорить.

Из магнитолы полились живительные звуки Священного писания. Мурад только недавно стал со вкусом слушать чтение Корана, раньше то, что он не понимал ни слова, его утомляло. Но он нашел несколько чтецов, чей голос трогал самое сердце, и старался, одновременно слушая, читать русский перевод.

— Ну что, поехали? — Альберт открыл дверь и подмигнул другу. — Сегодня он что-то слишком долго проповедовал.
— По-моему, как обычно. Просто тебе было скучно, он же говорил о тахаджуде, — съязвил Мурад.

Альберт не обиделся. Он знал, что, оставляя намаз, совершает грех, но осознание степени этого греха для Мурада было непонятно.

— Что это? — кивнул Альберт на магнитолу, выруливая машину на дорогу.
— Коран.
— Я догадался. Я имел в виду, ты купил или дал кто.
— Купил сегодня.

Мурад напрягся. Он знал, что сейчас минут через пять Альберт скажет, что у него болит голова, и выключит магнитолу. Это наводило на мысли, что у него могут быть джинны, и Мурад подумывал отвести друга к кому-нибудь, чтобы над ним почитали Коран. Но на сей раз не прошло и минуты, как Альберт потянулся к магнитоле.

— Извини, Мурик, я хочу другое поставить. Здесь диск был, где он?

Мурад застыл. Такой наглости, как поменять Коран на музыку, он не ожидал. Но Альберт был на год старше, да и машина была его, и Мураду ничего не оставалось делать, как подчиниться. Внутри его все заклокотало от гнева. Он спрятал свой диск за пазуху и передал «Горячую десятку». Его охватило сильное желание просто вылезти из машины и добраться на своих двух. Но он всегда старался быть мягким с другом, чтобы не оттолкнуть его от ислама, поэтому остался.

— …Ночь упадет, небо уронит, — мурлыкал под нос Альберт, — и пустота на перекрестках, и пустота. Нас не догонят!
— Тебе уже далеко за двадцать, может, перейдешь на что-то более серьезное? — заметил Мурад.
— Я молод душой, — рассмеялся Альберт и прибавил звук.

Желание покинуть машину возросло вместе с громкостью. Мурад с тоской посмотрел на пробегавшую мимо глаз улицу.

— Ой, стой. Останови! Это же Ибра, — внезапно воскликнул он.

Альберт затормозил и подрулил к тротуару. «Хвала Аллаху» — подумал Мурад и вышел навстречу их общему знакомому.

— Ассаламу алейкум!
— Ваалейкум салам! — Ибрагим пожал протянутую руку и кивнул Альберту, также вылезшему из машины.
— Садись, подвезем, — пригласил последний.
—Нет, спасибо, у меня тут встреча через полчаса, я прогуляюсь.

«Ура! Хвала Аллаху!» — опять подумал Мурад, радуясь возможности не ехать в этот раз с Альбертом, не обижая его.

— Я с тобой поговорить хотел кое о чем… Альбертик, езжай, я останусь. Позже увидимся.
— Как знаешь, — пожал плечами тот. — Не звони мне потом, чтобы я за тобой приехал.

Мурад улыбнулся шутке и махнул ему рукой. Когда машина отъехала, Ибрагим спросил:

— Как дела? О чем ты хотел поговорить?
— Я? Да ни о чем, это отмазка была, да простит меня Аллах. Я…

До них донесся глухой стук и звук разбивающегося стекла.

— По ходу кто-то шибанулся, — заметил Ибрагим, — пошли глянем, уж не Альбертику ли его новенькую тачилу помяли.

Они пошли вдоль дороги, хотя Мураду показалось, что навряд ли это их друг, он должен был уже далеко отъехать.

— Аллах Всемогущий, — упавшим голосом пробормотал Ибрагим, вглядываясь в дорогу.

Через секунду Мурад понял, что тот имеет в виду. Лобовое столкновение, капоты обеих машин всмятку, и одна из них принадлежала… Друзья, едва пропуская машины, бросились через трассу. На месте аварии уже собирались люди, старавшиеся вытащить водителей.

— Скорую вызвали? — дернул за рукав ближайшего к нему человека Мурад.
— Да, парень, скоро будет.

В это время Альберта уложили на асфальт, и Мурад с Ибрагимом смогли к нему пробиться. Мурад с трудом удержал позыв рвоты от увиденного, но, переборов себя, подошел к другу.

— Эй, лучше не трогай его! — крикнул ему кто-то. — Там наверняка полно переломов, лишний раз лучше не шевелить. Ты не врач часом? Мурад молча покачал головой и присел рядом с Альбертом. Тот не подавал признаков жизни. Слезы градом покатились у него из глаз.

— Альберт… Алик, — позвал он.

Губы Альберта дрогнули, и из горла донесся слабый звук.

— Альбертик, слышишь меня? Скажи шахаду, шахаду, — Мурад, утирая слезы, нагнулся совсем близко к нему, чтобы тот лучше его слышал. — Скажи шахаду, Алик. Ля иляха илАллах…

Губы Альберта снова едва зашевелились, раздался тихий шепот умирающего, оглушивший Мурада на всю оставшуюся жизнь:

— И… пустота… нас… не догонят…