Лом-Али Бейтельгареев — «Очнись, чеченец!»

Всем чеченцам моего поколения.


Я умер! Я убил в себе свой мир!
Я сжег сады, посаженные в детстве.
Отвел традициям с беспамятством соседство
И вечный снег идет в моей груди.

Одной лишь спичкой я спалил себя
И предков всех, что в родословной были,
И ничего не помню я, любя,
Я памяти своей отрезал крылья.

Я выбросил подковы, плеть зарыл,
И в стойле пал скакун мой, гордый гила...
Я умер, я убил в себе свой мир,
И мне не полагается могила.
В крови ж моей стучится пульс веков,
В ней плеск волны под Ноевым ковчегом,
В ней синева арабских облаков
И зелень африканского побега.
В крови моей громады пирамид,
В крови моей журчит и капля Нила,
В ней стылый жар монашеских хламид
И блеск огней языческого пира.
В крови моей рычит могучий Тигр,
С ним обнимаясь, шепчется Евфрат...
В ней что-то от Ломеки тяжких игр
И грохот древних азиатских врат.
В моей крови обвал монгольских орд —
И хриплый стон последнего броска...
Неотвратимость римлянских когорт —
И зттрусков смертельная тоска.
В крови моей бурлит былая жизнь,
В ней золотой зрачок и злато-кудрость,
В крови моей Урарту клинопись
И Хаммурапи вечная премудрость.
В ней Прометей, сгоревший за Огонь,
И в ней Орел (не тот, что выел печень)...
В ней и казацкий детский лепет — стон:
Ползет ли к Тереку неистовый злой чечен?..
В ней плещется победы гордый стяг,
И тут же смерть, быстра и чернокрыла,
И башен боевых щадящий мрак,
И войско предков в солнечных могилах...
И в ней же петля северных оков

Холодные объятия царизма,
Свободы хруст на остриях штыков
И новые Кавказа катаклизмы...
В ней, может, и пол-капли рабства
С тех самых пор, и свист бича.
И все ж — безмерней — лучезарства
Освобожденного меча!
В моей крови слезинки мрачных скал
В февральскую в сердцах вайнахов стужу,
И ставший христианским Дариял,
И в Азии оставшиеся души...
Я умер! Я убил в себе свой мир,
Я сжег сады, посаженные в детстве,
Отвел обычаи к беспамятству в соседство,
И вечный снег идет в моей груди.
Я умер — Я послушался врагов,
Погиб, ослушавшись Единственного клича.
И быть душе нищенкой облаков,
А телу быть усладою для дичи...
В моей крови безгласый предков бунт —
Их тяготит та полукапля рабства,
Их души просят Памятного Царства
И лишь свободы от презренных пут...


* * *

Я меч воткнул, как в ножны, в грудь свою
И зашипело лезвие в порезе.
Железо закаляется в крови,
И кровь моя светлеет от железа...
И совести безжалостная сталь
С души срубила грязные одежды.
Проснулись позабытые Надежды
Толкнули в грудь и разбудили Память.
И память, нашей нравственности знамя,
Взяла меня в свою страну Печаль,
И я там благодарных повстречал
И будущности трепетное пламя...
Пойми, Нохче — потомок Ноя,
Свидетель Первой Белизны:
В тебе есть все, чтоб быть Героем,
Лишь только помни это ты.


© Лом-Али Бейтельгареев