Не дам, это мой брат!

Дело было в конце 60-х годов. Мне было лет 5-6. А брату моему, соответственно, 3-4 годика. В тот зимний вечер нас родители оставили дома одних, а сами ушли на посиделки к брату отца. Мы с Хусейном долго играли. У меня была кукла, туловище которой было набито опилками, а голова, руки и ноги были резиновые. У брата была заводная игрушка — жук. Божья коровка. Но почему-то темно синего цвета.

Хусейн вечно все разбирал на запчасти, потом все собирал обратно. Но в тот день он решил посмотреть, что там внутри моей куклы. Я принесла нож, раздела куклу и наблюдала за тем, что сейчас юный конструктор обнаружит внутри туловища моей куклы. Он вспорол живот куклы. Оттуда посыпались опилки. Тщательно пытались мы найти что-то новое в этих опилках. Не найдя ничего интересного, мы сгребли все опилки на пол, пожалели, что кукла не подлежит восстановлению. И решили, что она умерла, потому что ей, наверное, было больно. Потом, уставшие, прилегли на диван и вели свои детские беседы.

Вдруг с треском открывается форточка и через оконный проем в комнату влетают желто-оранжевые круги. Планетки. Размером с луну, которую мы видим с Земли. Они насквозь прозрачные. У них длинные тонкие, как нити, светящиеся руки с огромными ладонями.
Не успеваю я и рот открыть, как они подхватывают моего брата и несут к дверям. Причем, несут его как кусок бревна в горизонтальном положении.

Я начинаю осознавать, что они сейчас унесут моего братика. Я хватаюсь за тело брата и кричу им.
— Отпустите. Это мой брат. Меня будут ругать, если вы его заберете. Не дам вам, не дам.
А планетки хохочут и тянут меня за волосы. Я отбиваюсь от них, а они не отпускают моего братика.

Страх овладел мной. Но любовь к брату, ответственность за него, не могут дать им просто так забрать моего братика. Не знаю, сколько с ними боролась, но точно помню, что у планеток не хватало ума развернуть тело и вынести его в вертикальном положении. Дверь была двухстворчатая. Одна половинка двери закрыта, а вторая открыта. Прямо под дверью шла труба отопительной системы. Помню, что только в тот год провели газ в доме.

Даже помню, во что был одет мой брат. Не в силах с ними бороться я стала уже плакать.
Вдруг кто-то постучал в окно.
— Соня! Ты дома? Соня! Чего девочка плачет?
Это была наша соседка, тетя паша. Как всегда вовремя. Она пришла вовремя. По всей видимости, я так сильно кричала, что она услышала меня, так как форточка была открыта.
Оказывается, тетя Паша вышла к себе в палисадник, чтобы закрыть ставни. Она услышала мой плач, но, не дождавшись, когда успокоюсь, почуяв неладное, все же решила подать голос.

И вы не поверите. Планетки, бросив моего брата, полетели к форточке. Толкая друг дружку они вылетели через нее и улетели. Но они бросили моего брата. Бросили так, что во время падение он ударился об трубу.

Придя домой, родители увидели, что Хусейн заплакан. Нашему рассказу они не поверили. Меня наказали. Честно, до сих пор обида есть. На следующий день отвезли брата в больницу. А у него закрытый перелом.

Уже столько лет прошло. И я, и Хусейн часто вспоминаем о том случае. Самое удивительное, что помним все это очень хорошо. Может, и вы не поверите. Но это правда. Истинная правда. Потом, с моим братом несколько раз случались такие истории. Невероятные истории. Даже когда он подрос. Но об этом я расскажу в следующий раз.