Саурмаг — царь грузин и вайнахов

Чеченский след в древнегрузинской истории.

История чеченского народа по-прежнему остается неизведанной землей – terra incognita.

Являясь третьей по численности нацией в Российской Федерации, мы остаемся все еще единственным народом, который не имеет своей писаной истории. В этой связи хочется упомянуть большой подвижнический труд наших учёных, историков, энтузиастов науки, которые, несмотря на невероятные трудности, завершили к самому концу 80-х говод создание объемного, в несколько тысяч страниц, труда по истории чеченцев. Оставалось лишь внести небольшие поправки и отредактировать текст.

Но известные драматичные события, приведшие затем к преступной, кровопролитной, нескончаемой войне, гибель некоторых авторов, выезд других из республики прервали работу над этим бесценным трудом. К прискорбию, местонахождение рукописи неизвестно. По слухам, она все же сохранилась и находится у кого-то на руках...

Научно-исследовательский институт истории, языка и литературы, в котором готовилась эта рукопись, сожжен дотла вместе с бесценными историческими реликвиями – огромным полевым материалом, собранным несколькими поколениями ученых уже после восстановления республики в 1957 году, вместе с уникальными рукописями современников и участников ряда исторических событий, хранившимся в единственных экземплярах. Сожжены музеи, разрушены архивные хранилища, уничтожены высшие и средние учебные заведения. Все это горькие, невосполнимые утраты, незаживающая рана на живом древе национальной культуры. Давно изречено было: если хочешь стереть народ с лица земли, сотри его историческую память...

Вот уже в который раз оказываемся у горького пепелища нашей культуры, и вместе с пеплом стучит в сердце неотступный вопрос: «Кто мы, откуда и куда идем?»

В меру своих сил и возможностей мы пытаемся привлечь внимание читателей к этим темам.

Мы уже публиковали некоторые материалы по этнической истории чеченцев. Это была лишь прелюдия к важной и долгой теме.

Сегодня, продолжая эту рубрику, мы предоставляем слово доктору исторических наук, профессору Явусу Ахмадову. У наших ученых нет ни научного центра, ни периодического научного издания, ни просто элементарных условий для научного творчества. Наша задача в том, чтобы не дать погаснуть еще тлеющим уголькам культуры, привлечь внимание всех, кому дороги судьба и надежды на лучшую долю нашего народа.

Свод средневековых грузинских хроник «Картлис цховреба», первая из известных сегодня рукописей, - памятник, содержащий бесценные сведения о предках вайнахов – дзурдзуках. Очень важный сюжет из этого свода, связанный с именем царя грузин и вайнахов, мы даем в изложении профессора Я. Ахмадова.

---

Саурмаг (237–162 до н.э.) – это впервые упоминаемый в истории человек, в чьих жилах текла кровь нахов. Он жил в III – II вв. до н.э. Были, наверное, и другие герои и цари, однако время покрыло их имена забвением. Так получилось, что Саурмаг стал героем двух народов – грузинского и нахского, потому что он был рожден в царских чертогах от брака грузина Фарнаваза и «девы из рода Кавказа племени дзурдзуков». Дзурдзуками в древности и средневековье называли предков чеченцев и ингушей, живших в горах Кавказа от границ Дагестана до границ Сванетии по обоим склонам Главного Кавказского хребта. Значение этого этнонима (название народа) в языках Древнего Востока и Ирана означало «страна каменных ущелий», «горная страна», «страна каменных укреплений» и т.д.

Начало первому грузинскому государству было положено в области Картли. Народ, давший свой язык всей Грузии, назывался картвелы. Они жили в центральной части современной Грузии и имели свой религиозный и административный центр – город Мцхету (выше нынешнего Тбилиси).

Здесь был не только религиозный, но и торговый центр Картли. Он имел притягательный характер для горцев Дзурдзукети, привозивших сюда свои традиционные товары – шерсть, масло, сыры, войлоки, оружие, шкуры, меха, скот и другие. В обмен горцы получали, главным образом, ткани, готовую одежду, обувь, вина, ковры, украшения, посуду, красители, готовый металл в слитках и многое другое. В Мцхету приезжали торговцы и с юга: иранские, греческие купцы из городов на побережье Черного моря, армянские и албанские торговцы.

В городе стояли статуи языческих богов, возвышались здания капищ, куда несколько раз в год стекались на храмовые праздники тысячи людей со всех концов Грузии.

Здесь, в этом городе, родился от брака городского мамасахлиса (выборного правителя города) и женщины из знатного персидского рода будущий царь Фарнаваз. Когда он был малышом трех лет, Мцхету захватили воины Александра, под которыми подразумевались потомки эллинов и македонцев, правивших в Понтийской державе (владевшей землями от Малой Азии до Крыма, в том числе и черноморскими берегами Колхиды) и в так называемой Селевкидской державе, основанной одним из полководцев Александра Македонского – Селевком. Держава Понта и селевкидов оспаривали контроль над землями и народами Закавказья вплоть до Главного Кавказского хребта, естественной природной крепости, за которой жили «страшные скифы» - многочисленные кочевые народы и горские племена.

Мать Фарнаваза, как и многие жители Мцхеты, бежала от захватчиков на север, в горы. Судя по всему, она с сыном и дочерьми была принята в горах дзурдзуков. Здесь, среди честных, прямых людей, мужественных и отважных воинов, и вырос будущий царь Грузии Фарнаваз. Здесь, видимо, он встретил свою первую любовь и пронес ее через всю свою жизнь. Взойдя на царский престол, он мог жениться на любой принцессе государств Передней Азии. Этого требовали и государственные интересы, но он предпочтет «деву Кавказа».

Уже молодым человеком он с матерью и сестрами спускается в грузинские селения, где к нему, как к единственному родственнику бывших правителей Мцхеты, стекаются грузинские патриоты. В то время в Картли и Мцхете правил некий эллин Азо, приведший с собой знать и войско, которых он поселил в центре страны. Гнет Азо стал настолько невыносимым, что даже его сторонники глухо роптали и мечтали свергнуть тирана. На помощь пришел случай. Однажды погоня за оленем привела Фарнаваза к пещере, замурованный вход которой обрушился под действием времени и землятресений. В пещере он находит столько золота, что вывозил его с помощью сестер и матери на ослах несколько дней. Золото дало ему возможность приобрести живых сторонников – правителей из Западной Грузии (Имеретии) и Армении. Им были привлечены даже представители греческой знати, служившей Азо. Самыми верными его союзниками были, конечно, горцы Кавказа – дзурдзуки, чьим воспитанником и названным братом он являлся.

Собрав все свои силы в одном месте, он установил контроль над Картли, а затем победным маршем двинулся на Мцхету. Азо вышел со своим войском навстречу, но был быстро побежден и убит. Мцхета торжественно встречала своего природного правителя, вошедшего в город с телохранителями из братьев-дзурдзуков.

После утверждения в Мцхете и Картли молодой царь в течении короткого времени подчинил своей власти восточногрузинские (Кахети), западногрузинские (Имерети) и южногрузинские земли, вплоть до границ Понта. Селевкидская династия, довольная тем, что Грузия вышла из-под влияния Понта, прислала Фарнавазу царский венец. Фарнаваз провел в Грузии такую серьезную административную реформу, что отдельные ее элементы сохранялись еще две тысячи лет, до конца XVIII века (до ликвидации царской власти в Грузии Россией).

Он разделил Грузию на большие области, где назначил своей властью военных и гражданских правителей – эристави. В свою очередь эриставства делились на более мелкие единицы. Фарнаваз по существу определил и статус привилегированного воинского сословия – азнауры (дворяне).

Венцом усилий Фарнаваза по строительству нового государства стала династическая политика. Одну сестру он выдал в самом начале за «царя овсов», в данном контексте за царя сарматов (мощной военной силы, распологавшейся за Кавказский хребтом). Сам он, отвергнув все предложения царских дворов Закавказья и Азии, возвел на трон свою первую любовь. Он женился, как говорит хроника, на «деве Кавказа (племени) Дзурдзук». Тем самым влияние Фарнаваза распространилось и на горцев Северного Кавказа, чьи военные возможности были весьма серьезными. Без влияния на дзурдзуков невозможно было думать о контроле над перевалами.

Мы не знаем, сколько детей родила жена Фарнаваза, но мы знаем, что наследником трона стал их сын Саурмаг, еще более укрепивший связи Грузии и Дзурдзукетии. Имя Саурмаг относится к иранскому языковому кругу и означает «солнце» и «мудрость». Кстати, верования древних грузин, отсюда и дзурдзуков, имели серьезные элементы зороастризма, что подтверждается многочисленными данными о поклонении огню и солнцу.

Итак, Саурмаг, первый в истории чеченцев и ингушей человек, чье имя донесла нам история. Грузинский историк М.Г.Джанашвили считал, что Саурмаг правил с 237 по 162 гг. до н.э. Но скорее всего, это годы жизни, так как маловероятно, что он правил 75 лет подряд. Вместе с тем, когда умер первый грузинский царь, Саурмаг оставался молодым человеком, еще не успевшим жениться. Этой молодостью решили воспользоваться эриставы – правители отдельных областей, весьма усилившиеся к концу правления отца Саурмага. Эриставы составили заговор против царского дома, и, вследствии полной неожиданности, Саурмаг не успел организовать сопротивление и бежал с матерью в Мцхеты. Его путь, как когда-то и путь отца, лежал в горы, в Дзурдзукети.

Здесь, в стране своей матери, молодой царь нашел надежный приют и защиту. Ни один мятежник не осмелился сунуться в Дзурдзукети. Конечно, они то предлагали золото за голову Саурмага, то угрожали разорением в случае отказа, но дзурдзуки стеной вставали за своего племянника. Тем более, что это была старая и сильная традиция (дошедшая до наших дней). Сын сестры более почетен и обязателен для чеченцев, нежели сын брата. В случае опасности чеченец укрывается в первую очередь у родственников матери: они считаются ближе.

Обосновавшись в Дзурдзукети, Саурмаг начинает готовить войско, гонцов рассылают во все аулы, лазутчики идут в Картли, где склоняют к повиновению отдельных феодалов. Саурмаг требует помощи от своего двоюродного брата – царя сарматов и получает от него конные отряды. Служилое дворянство в Грузии, так называемые «азнауры римские», также заявили о своей поддержке молодого царя и, отрядами и поодиночке, двинулись к Саурмагу.

Когда в Дзурдзукети собралось большое войско, Саурмаг внезапно спустился с гор и двинулся на мятежников. Неожиданность выступления и превосходство в силах сделали свое дело – «никто не оказался в силах противостоять ему». Подчинив страну и вновь сев на царском престоле, Саурмаг наказал изменников и провел решительные реформы – он отстранил старую знать от власти на местах и возвысил служилую прослойку – азнауров. Он, в противовес картлийской аристократии, возвысил дзурдзуков, многих наградил землями и должностями – как военными, так и придворными. Так он создавал себе опору из людей, которые своим возвышением были обязаны не происхождением, а царю.

Саурмаг не забыл о стране своей матери, ставшей ему родиной. Он не доверил Дзурдзукети никакому эриставу, а правил сам ею. Учитывая перенаселенность горных ущелий Дзурдзукети, он стал в массовом порядке переселять дзурдзуков на южную стороны Кавказского хребта: в горные и предгорные районы, от границ Дидоэти (Дагестан) на востоке до Эгриси (Сванетия) на западе. Причем большие группы дзурдзуков были расселены в Чарталети, близ столицы Мцхеты. Дзурдзуки и Дзурдзукети были прочно вписаны в систему грузинского государства: «овладел он (Саурмаг) всеми ими – родней матери своей - надежно», - сказано в работе Леонтия Мровели.

Таким образом, Саурмаг обеспечил себе прочную власть на севере страны, создал независимый от картлийской знати источник пополнения военных сил. Он усилил свои позиции в стране и обществе за счет новой дзурдзукской знати, лично обязанной царю. Его можно назвать и царем Дзурдзукети.

Все эти обстоятельства позволили Саурмагу, не опасаясь сопротивлени, провести дальнейшие внутренние реформы и укрепить внешнеполитическое положение царства.

Надежно укрепил северные пределы государства за счет сарматов и дзурдзуков, которые стали его надежнейшей опорой, Саурмаг решил укрепить связи с югом – с великой державой Селевкидов, продолжавшей традиции Александра Македонского. Саурмаг женился на представительнице одного из знатных селевкидских (персидских) родов. Этот, судя по всему, во всех отношениях благополучный брак, не дал, однако, наследника.

Некоторые данные говорят о пятидесятилетнем правлении Саурмага, но, видимо, это все-таки годы его жизни. Он скончался где-то в 162 году до нашей эры. Так как ни один из его потомков не выжил или брак не дал наследников мужского пола, царь оставил престол достойнейших вокруг себя. Это был Мирван, племянник его жены, представитель знатного персидского (селевкидского) рода, который воспитывался при грузинском дворе и отличался поистине выдающимися качествами государя и правителя. Саурмаг усыновил его и, судя по всему, перед своей смертью в первую очередь добивался повиновения ему дзурдзуков, переселенных им в грузинские пределы.

Смерть Саурмага и восшествие на престол Мирвана привели к восстанию в Дзурдзукети и к нашествию её войска на Грузию. Были захвачены и разграблены Кахети и Базалети (правобережная часть Арагви выше Мцхеты). Однако царские дзурдзуки не поддержали своих сородичей, за исключением тех, кто жил в районе Чарталети.

Возможно, что причина восстания заключалась в том, что дзурдзуки решили поставить на престол одного из двоюродных братьев Саурмага, не считая возможным повиноваться его приемнику Мирвану. Возможно, что они решили воспользоваться смертью Саурмага для грабительского похода на богатую Грузию.

Как бы то ни было, отражение нашествия дзурдзуков потребовало от Мирвана мобилизации сил во всей стране. Были собраны все грузинские эриставы со своими полками, поднято народное ополчение, царские азнауры и, что важно, все дзурдзуки Грузии стали на сторону Мирвана, кроме поселенных в Чарталети.

Мерван решил, не распыляя сил, ударить прямо по Дзурдзукети. Его приближение не осталось незамеченным, дзурдзуки, занявшие в ходе набега грузинские земли, бросились обратно, в стране была объявлена тревога и сбор народного ополчения. Все взрослое мужское население Дзурдзукети с 15 лет, по традициям, составляло войско. Воины были вооружены, судя по античным источникам, по скифскому образцу – мечи, секиры, щиты, луки и копья. Войско дзурдзуков едва успело собраться на границе своих земель (судя по всему, южнее Крестового перевала), как к их лагерю двинулась вся грузинская армия.

Собранное Мирваном войско состояло из пехоты и конницы, но ввиду горных условий и оборонительных сооружений дзурдзуков, затруднявших действия конницы, Мирван отвел ее в тыл пехоты, а сам, спешившись, возглавил атаку пехоты. Ответная атака дзурдзуков едва не опрокинула наступавших, мечи дзурдзуков не раз достигали Мирвана, но «был он тверд и незыблем, как столп». Жестокая битва продолжалась очень долго, и с обеих сторон, признает хроника, «пало множество людей». В конце концов дзурдзуки были осилены и обращены в бегство. Здесь, видимо, в дело вступила конница, бежавших преследовали, уничтожали и брали в плен. Вся многочисленная масса воинства Мирвана вошла в Дзурдзукети и опустошила ее, затем уже, на обратном пути, были разгромлены чартальские дзурдзуки.

Завершая свой успех, Мирван распорядился воздвигнуть в начальной точке перевального пути на Северный Кавказ каменную башню на известковой кладке, которую назвал Дурубал (что на иранском означает «ворота», «крепость»). Античный историк Страбон (I в. до н.э.) называл ее «неприступным укрепленим».

Разгром Дзурдзукетии укрепил, безусловно, власть Мирвана, усилил его позиции в горах Большого Кавказа, а для нахов это было, пожалуй, первое в их истории серьезное поражение, полученное притом от воспитанника их родича – грузинского царя с дзурдзукской кровью. Мирван показал себя достойным преемником великого Саурмага.

Таким образом, предки чеченцев и ингушей – дзурдзуки, волею истории оказались у истоков становления великого грузинского царства, просуществовавшего почти два тысячелетия – до 1801 года (затем, после 190-летнего перерыва, возродившегося в виде Республики Грузия). Имена Фарнаваза и Саурмага по праву принадлежат трем народам Кавказа – грузинам, чеченцам и ингушам. Деяния древних героев способны служить благородным примером для нынешних поколений братских народов.


© Явус Зайндиевич Ахмадов, доктор исторических наук, профессор