«Расколотый мир» Аллы Дудаевой

Стихотворения Аллы Дудаевой
из сборника «Расколотый мир».

Избранное.


Клич предков

Мы слава ваших предков
Потомки этих гор
Оружье не слагали
Бесславно с давних пор!
Опять горят зарницы
В заснеженных горах,
Настало время биться,
Опять кричим «Орст1акх»
Все дорога свобода,
Настал и ваш черед,
Столетняя дорога
Вайнахская, вперед!
Наш пепел в каждом сердце
Пускай стучит в груди,
В ком сила есть сразиться,
На битву - выходи!
Три месяца терпенья,
Смиренья позади.
Коль мира не хотите,
Отведайте войны.
За честь, за дом, за род,
За славу ваших предков,
«Орстдакх» Вставай народ!


Россия

Не лица, а лики теней и химеры,
Не ветер, а стены и правда в полмеры,
В полмеры любовь и в полмеры страна,
Звучащая, словно с надрывом струна,
И жизнь, словно сон, и проснуться бы рад,
Правдива лишь смерть и друзей горьки мат
Над гробом твоим, спи спокойно солдат!
Ты предан с рожденья, бессильем отцов
Ты сердце разбил о незыблемость снов,
Молчанье могилы – дыхание твое,
А девочка стала путаной давно.
Нет краски смущенья на юном лице,
Продажная маска на целой стране,
Кровавая каша времен и народов,
Убийц, жертв и судей, удобных законов,
И повар хмельной, не дождавшись утра,
Спалит вместе с кашей и кухню дотла…


Молитва

Я жду тебя, любимый, днем и ночью,
Как сотни женщин, не смыкая глаз,
Шепчу, в который раз с тобой прощаясь,
Пусть это будет не в последний раз.
Пусть не в последний раз тебя я вижу,
Пусть я опять прижмусь к твоей груди,
Молюсь в отчаянье о встрече, расставаясь,
Уходишь снова на полеты ты.
Уходишь снова, также как и прежде,
Пространство сжать и вечность сохранить,
А для меня, мгновенья, как столетья.
Как их прожить, как время мне убить?
Как мне убить в душе моей сомненья,
Зачем мне нужна эта синева?
В стальной скорлупке, капелька живая,
Ты мчишься в ней, любовь и жизнь моя
Молюсь я крыльями, бакам и моторам,
Самой судьбе, внемли моим мольбам,
Не урони того, кто сердцу дорог,
Кого сверх звука ты проносишь там.
Он сам себе придумал этот жребий,
Будь милостивой, доброй, пощади!
Развей усталость, не дави на плечи,
С глаз пелену тумана подними.
Он должен быть спокойным, сильным зорким,
Ведь летчик ошибается лишь раз…
А дома я сто тысяча вариантов
Перебираю, не смыкая глаз
Не остудив, прохладой ночи веки,
Разгоряченною рукою касаясь лба,
Я выбегу опять к тебе навстречу
«летал – как птичка!» скажешь вновь шутя.


***

Город наш, за седой пеленой дождя,
Ты, как тайна, волнуешь и манишь меня
То мечтами о чем-то прекрасном в дали,
То печалью о тех, кто навеки ушли.
Кто истер твой булыжник подошвами ног
И под серые камни навечно прилег.
Но остались на стенах следы этих рук.
Замыкают, уводят в таинственный круг.
Не уйти мне от этих следов никуда
Видно в каменных сводах осталась душа.
Сунжа, воды твои так темны в глубине
Словно чье-то лицо показалось во мгле,
Но его застилая кружится вода,
Будто в пляске жестокой колдует судьба.
Снова в кости играет, вдруг выпадет чем?
Может этой земле, наконец повезет?


Ичкерия

Кто был на родине твоих отцов,
Прекрасней места не встречал ни разу,
В горах легло не мало храбрецов…
За что и как? Тут не ответишь сразу.
Над конусом горы звезда дрожит,
За ней вершины гор скрываются в тумане,
Сплошной деревьев свод, но башня там стоит,
В молчанье вековом застыла перед нами.
В ней камни старые от пороха черны,
Костей белеющих под лунным светом груда,
Растеряны легенды старины,
Но помнят горцы ждать беду откуда…
Лежат здесь те, кто жизнь свою отдал,
За честь и веру гордого народа
Кто умерев опять свободным стал,
Но дорогой, была это свобода…
Россия – твое имя, сотни раз,
Сопровождал проклятьем Кавказ,
От плача женщин и от стона гор
Дрожит вновь воздух и туманит взор.
Земле сожженной только недруг рад
И ненавистью полон каждый взгляд.
Никто не заикнется о правах
Стоит держава на людских костях.
И не роса,а слезы на траве.
Кровавые ручьи текут в твоей стране.


Басня «Лев и шакалы»

По джунглям, месяц, не присев,
Идет, бредет усталый лев.
За ним услужливо шакалы
В его спасительной тени.
И объясняются в любви…
О, как ты смел, о как ты прям!
Ты выше круч, ты тверже скал.
Мы все на смерть пойдем с тобой
Лишь только клич издай – мы в бой!
Жаль только голод подвел брюхо,
К душе порывам оно глухо,
И пищи нет который день…
Вдруг на тропу упала тень.
Там впереди, стоял капкан…
И с новой силой: «Как ты прям!
Как ты силен! Как ты могуч!
Ты выше гор! Ты выше туч!
Что для тебя этот капкан!
Станцуешь ты на нем канкан!
Ты лапой миг его собьешь
И прямо по тропе пройдешь!
И гордо гривой лев повел и…
Прямо по тропе пошел
Так этот лев попал в капкан
И был чудовищный кан-кан –
На шкуре льва. Мораль сей басни такова:
Если ты горд, силен и прям –
Не угоди в такой капкан.
Не верь тем, кто в любви клянется,
Прямой в поклоне не согнется,
Лишь у льстеца – хребет кривой,
А ты заплатишь головой!


***

Человек! На изломе столетий
Оглянись на века и года,
Грядут новые поколенья,
Когда наше уйдет навсегда.
Может, кто-то с иронией глянет,
С гневом, горечью в юных глазах
Почему перепуталось столько
Горя, слез и печали в следах?
Сколько жизней исчезло во мраке,
Исковеркано судеб людских
Будто лязгающая машина
Протащилась, кромсая их.
Присмотрись, может станешь умнее,
Поучись на ошибках чужих,
Милосерднее будь и добрее,
Меньше будет ошибок твоих.


Исповедь

Когда споткнусь я на исходе дня,
Подъем был труден – не суди меня.
Когда в смертельной схватке кровь пролью,
Не осуждай – честь защищал свою.
Когда обманут, предан другом был,
Вновь не суди – я верил и любил.
Когда не различал коварство зла, div>
Не осуждай – был сердцем чист до дна.
Когда закроет мне глаза плащом земля,
Тогда суди – но Бог тебе судья.