Одиночество

Одиночество.
Боимся ли мы его или стремимся к нему.
Этот вопрос можно разбирать и расписывать, спорить о нем и заключать пари, доказывать, не уступая и соглашаться не уступив.
В принципе вместо этого вопроса можно поставить и тысячи других. Абсолютно разные по теме, стилю, цели постановки, вариантам ответов, по содержанию и смыслу.
Вопросов в нескончаемое количество раз больше, чем мы вообще можем себе это вообразить. Просто нам нужно порой время длиной в жизнь, чтобы их разобрать, классифицировать, расставить по иерархической пирамиде в зависимости от того, насколько для нас важно решить в этот момент и в данной ситуации тот или иной вопрос.
Но порой… порой нам всё равно относительно всего, что происходит вокруг, неважно – в двух метрах от тебя не ладят твои меньшие или же на другом конце света умирает миллион человек.
Страшно…
Это так.
Важно лишь в эти моменты просто быть.
Дышать, как всегда, слушать, как обычно, смотреть, как раньше.
Но ты не живёшь оттого, что дышишь, не слышишь, оттого, что просто слушаешь и не видишь просто оттого, что смотришь.
Тебе всё равно.
Или же мы настолько примитивны, что не можем сознать, что хотя сознательно ставим между временем и реальностью, и собой условную стену, чтобы они вроде протекали вскользь нас, наше подсознание жаждет угнаться за тем временем, что ты потратил сидя вот так – в забытье, пытаясь спрятаться за слезами, что ты их пролил попусту, оно стремится исправить твои же ошибки, а ты, эгоист, больным сознанием сдерживаешь тело, вместо того чтобы дать ему возможность сделать что-то хорошее, что будет сопоставлено с тем потерянным временем, силами и энергией, как 2:1.
Мне сейчас плохо – ничего хорошего сегодня я не сделала.
24 часа попусту – отстой какой-то.
Ни молитвы, ни одного доброго слова, ни одного хорошего деяния за целый день.
А за 16 лет? Не знаю.
Явно Ангел Левого Плеча потратил больше чернил, чем Ангел Правого.
Жаль.
Просто придёт день, и я об этом пожалею. Сильно.
Будет бесполезно думать о жизни и поздно что-либо менять. Просто уже потому, что время, от которого мы хотели укрыться в этом мире, уже перестанет казаться нам чем-то быстротечным. Там откроются порталы, куда оно сможет течь в бесконечность. Бесконечно.
Неправильные плоскости, в которых мы видим жизнь и те мелочи, которые нам попадаются по пути и которые мы не можем с достоинством преодолеть мешают нам созерцать Жизнь в полном смысле и не дают построить правильный путь к Богу и к самому себе.
Правильно я мыслю?
Увидим позже. Меня достаёт мир. Мне кажется, что не смогу видеть прекрасное, потому что оно в меньшинстве по отношению к отвратительному, уродскому и развратному, что рулит на постоянной вечеринке беспредела.
За всем, что мы делаем, что-то стоит: мысли, помыслы, цели, намерения, стремления, правила – твои и каждого, кого касается и волнует то, что ты делаешь, - мы всегда действуем с какой-то целью. И даже если мы сами пытаемся внушить себе, что поступили так или иначе просто так, то это самообман.
Всегда есть мотив, цель, желание что-либо изменить.
Или же стремление удивить или впечатлить собой кого-то.
А если ты один… Тебя не тревожит, как ты выглядишь, как смотришься в этой одежде, что можно подумать, глядя на тебя, как тебя воспримут, понравишься ли ты кому-то, а может появится новый «друг».

Ничего этого нет, если рядом Одиночество.
Я его люблю. А оно отвечает взаимностью.
Я никогда ему не надоедаю, но когда оно надоест мне оно уходит, чтобы, когда мне надоест мир, мои друзья, погода и я сама, вновь прийти разделить со мной Перенасыщенность.

Одиночество как капризная одинокая дама во время путешествия на пароходе – оно ищет таких же одиноких отдыхающих, подсаживается к ним и своим противным характером наводит на них ещё большую тоску и не отстанет, пока к вам не подсядет ещё кто-то. Но если с этой дамой найти общий язык, она станет приятным собеседником и уйдёт, как только вы ей вежливо намекнёте.

Одиночество прекрасно. Когда его достаточно, но не через край.
Одиночество милосердно. Когда оно не мутит прошлого.
Одиночество неизбежно. Просто уже потому, что оно купило с нами один билет на один и тот же пароход.